30 июл. 2016 г.

Б. К. С. Айенгар и К. Паттабхи Джойс — легенды и их наследие

Опубликовано в NAMARUPA, ISSUE 4, PP. 16-23.
Перевод АЛЕКСАНДРА СМИРКИНА

В 1934 году юные К. Паттабхи Джойс и Б. К. С. Айенгар были учениками ныне прославленного йогина Тирумалая Кришнамачарьи. В то время Индия ещё находилась под колониальным управлением Британской Империи, а местными княжествами правили махараджи. Окруженные славой и роскошью, они старались сберечь культуру любимой страны, пребывающей под иноземным влиянием.

Кришна IV Водеяр, махараджа Майсура, собирал древние санскритские рукописи, увлекался искусством, музыкой и йогой. Под его мудрым правлением поданные следовали древним обычаям, а в Майсуре, красивом и опрятном, проводились грандиозные религиозные фестивали. В этой обстановке герои нашего рассказа осваивали йогу под руководством требовательного Кришнамачарьи, патроном которого был сам махараджа.

Однако вскоре им было суждено расстаться — Сундараджа Айенгар был направлен Кришнамачарьей учить йоге в Пуну, а Паттабхи Джойс получил должность преподавателя йоги в санскритском колледже Майсура. Последний раз они виделись в 1940 году, когда Кришнамачарья в сопровождении Паттабхи Джойса остановливался в доме Айенгара по дороге к Свами Кувалаянанде из Института йоги Кайвальядхарма.




Теперь, спустя 65 лет, когда Паттабхи Джойс только что отметил своё 90-летие, а Айенгару исполнилось 87, пришло время для новой встречи двух самых влиятельных йогов современности. Этому неординарному событию во многом способствовало интервью Александра Медина «3 гуру, 48 вопросов» для журнала NAMARUPA (русский перевод см. журнал «Йога»).

А началось всё со звонка по мобильному телефону:
— Яру яру? (Кто это?)
— Паттабхи, это Сундараджа!

Разговор продолжился с такой теплотой, что во взаимной любви и дружбе не осталось сомнений.






Айенгар не смог присутствовать на праздновании дня рождения Паттабхи Джойса, так как он совпадает с днём гуру-пурнима, который учителя предпочитают проводить со своими учениками. Но спустя несколько дней Айенгар совершил короткий визит к Паттабхи Джойсу, воспользовавшись тем, что город Тумкур, куда он был приглашен на фестиваль йоги, расположен всего в четырёх часах езды от Майсура.

В сопровождении шести учеников и секретаря Рагху, Айенгар прибыл в Гокулам в середине дня. Все с умилением наблюдали как два Мастера обнялись и начали взволнованный разговор на языке каннада. Один из учеников Айенгара, родом из Карнатаки, заметил: «Гуруджи всегда говорил, что он не очень хорошо знает каннада, но посмотрите-ка на него сейчас, можно ли в это поверить?»

Кофе был подан всем присутствующим. После обеда, который, по уверению Сарасвати, дочери Паттабхи Джойса, состоял только из самых лучших блюд, Шарат, внук и помощник Паттабхи Джойса, провел экскурсию по главной шале. Мадхава, один из учеников Айенгара, смог задать несколько вопросов.







Когда вы начали заниматься йогой, могли ли вы предположить, что интерес к ней будет настолько высок?

Паттабхи Джойс: Нет, нет, конечно нет. Когда в Хассане я увидел Кришнамачарью, демонстрирующего асаны, я был очарован ими. На следующий день я пришел к нему, бросился в ноги и умолял взять меня в ученики. Он встретил меня довольно прохладно, расспросил меня кто я такой и кто мой отец. Я рассказал, что живу в деревне Каушика в пяти милях отсюда, что мой отец астролог и священник. «Так ты готов приступить к занятиям немедленно?» — спросил он. В ответ я радостно закивал головой и уже на следующий день был на занятии. Тогда и началось моё истязание (beatings) (смеётся).

Так почему же вы не бросили?

Паттабхи Джойс: Как я мог? Я только и мечтал о йоге. Вспоминаю наших товарищей: Гаруду и еще одного парня из Хассана, по имени Рангасвами. (Обращаясь к Айенгару) Ты помнишь Гаруду?

Б. К. С. Айенгар: О да, помню.

Паттабхи Джойс: В 1932 году Кришнамачарья по приглашению махараджи переехал в Майсур преподавать в придворной йога-шале, организованной во дворце Джаган Мохан. Мы все учились там. Министр просвещения… как же его звали?... Н. С. Суббарао... назначил Кришнамачарье плату и посылал его в разные места для распространения йоги. Потом я встретил Кришнамачарью в патхашале санскрита, куда поступил учиться. Я вышел перед ним и уважительно его поприветствовал. «О, это ты?!» — мне показалось, что он был рад нашей встрече. «Да, Гуруджи, я здесь учусь.» Так возобновилась моя практика под его руководством.

Время от времени меня с моим другом Махадевом Бхаттом приглашали ко двору для демонстрации йоги. Однажды нам заплатили за это пять рупий и подарили хануман-каччха (нижнее бельё), мы были очень счастливы. (Обращаясь к Айенгару) А ты помнишь ту леди из Америки, Индру Деви?

Б. К. С. Айенгар: Да, помню, кажется тогда у неё было другое имя.

Паттабхи Джойс: Я слышал, она умерла недавно.

Б. К. С. Айенгар: В Бразилии.

Паттабхи Джойс: Ах… Так мы и занимались. Махадев Бхатт, Шринивас Ачар, Ранганатх Десикачар…

Б. К. С. Айенгар: Да, я помню их всех.

Сегодня вы зарабатываете гораздо больше пяти рупий, но деньги, которые вы получили от Махараджи, должны быть особенными, не так ли? Что для вас ценнее: те пять рупий или то, что вы зарабатываете сейчас?

Паттабхи Джойс: Те монеты действительно были очень, очень особенными. Я положил их в коробочку, которую прятал под одеждой. Каждый день я доставал их, смотрел на эту реликвию и клал её обратно (смеется). До этого я и целой рупии в руках не держал (смеется).







Последовала короткая фотосессия, после чего все поднялись наверх, чтобы выпить еще кофе. О нём и зашел разговор. Все согласились с Айенгаром, что кофе — это определенно сома-раса (нектар бессмертия) для кали-юги. «В наши дни в магазине можно найти очень много видов сома-расы!» — пошутил Паттабхи Джойс.

Разговор снова вернулся к Кришнамачарье.

Б. К. С. Айенгар: Справедливости ради нужно отметить, что Кришнамачарья, будучи океаном знания, не учил всему, что знал. Как птицы, клюющие то там, то сям, мы собирали информацию по крупицам. Благодаря нам и на нашем примере это знание было реализовано. Мой совет: смотрите на свет, проявленный в прямых учениках Кришнамачарьи. Свет учения следует поддерживать постоянно, продолжайте практиковать — пусть этот огонь не угасает.

Паттабхи Джойс: Мы начали понимать, что такое йога, когда он заставлял нас часами стоять на камнях во дворе под палящим солнцем.

Б. К. С. Айенгар: Хотелось бы добавить: вы должны потеть на все 100% не только физически, но интеллектуально. Если вы потеете на 100% интеллектуально, вы начинаете понимать, что такое йога. Итак, на 100% телом, на 100% умом. Потеете вы, потеет ваш ум.


Мы молча внимали вибрациям и вдохновению, исходящим от этих Мастеров. Многолетняя взаимная критика их последователей развеялась как дым, стоило им выпить кофе вместе. Взгляните на Паттабхи Джойса и Айенгара, двух братьев по йоге, встретившихся после долгих лет разлуки. «Вместе в 1934, вместе в 2005. Вот что важно, я думаю это редкая привилегия», — отметил Айенгар.

Конечно же, их практика, философия и взгляды различаются, но это отходит на второй план, уступая место взаимному уважению и дружбе, которые живут в сердцах этих двух Мастеров, так же как и в сердце великой индийской традиции.