Восемь вопросов Хармони Слэйтер об аштанга-йоге

Восемь вопросов о практике, гуру и сомнениях

Интервью с Хармони Слэйтер, сертифицированным преподавателем аштанга-йоги. Разговор шёл о парампаре, сомнениях в практике, ямах и ниямах, вере и о том, одинаково ли метод работает в разных странах. В июле 2018 Хармони была в России: Петербург, затем семинар в Москве 13-16 июля

От медитации и философии к асанам. Это плюс или минус для преподавателя?

Хармони начинала с медитативных практик и училась на религиоведении и философии, аштангу взяла позже. По её словам, это скорее плюс. Сразу было ясно: асаны не весь путь, а способ подойти к тому, что внутри. Движение и дыхание здесь не «физкультура», а метод, который ведёт к более ясному сознанию. Так она и старается учить: не оставлять класс на уровне формы.

Парампара ещё работает, когда учеников много, а гуру мало?

Да, говорит она. Если нельзя ехать к гуру линии надолго, имеет смысл учиться у того, кто учился у него напрямую. Тогда метод не расползается. Цепочка, которую она называет: Шарат Р. Джойс учился у деда, Шри К. Паттабхи Джойса, тот у Шри Т. Кришнамачарьи, тот у Рамамохана Брахмачари. Каждый сначала годы сам стоял в практике, потом передавал так, как получил.

У Шарата есть старшие ученики с правом вести традиционную аштангу. Для тех, кто не может бросить работу и дом на месяцы в Майсуре, это и есть доступ к той же линии.

С Шаратом у неё к моменту разговора было тринадцать лет. Отношения не всегда были ровными. В Майсур она ехала к Гуруджи, Паттабхи Джойсу; после его смерти несколько лет ушло, чтобы принять Шарата как своего учителя. Это был сознательный выбор, не автоматическая смена таблички.

Шарата не берёт обаянием и не собирает вокруг себя поклонников. Когда она приходила за одобрением, он возвращал ответственность ей. Так, говорит, стало крепче и в преподавании, и в материнстве, и в решениях. Сейчас между ними тепло и уважение. Учить рядом с ним в Майсуре и быть сертифицированным преподавателем этой парампары она считает удачей.

Как человек становится гуру? Что значит Парамагуру?

Гуруджи повторял: сам он себя гуру не называл. Это ученики решили, что он им является. «Я ученик. А вы называете меня гуру». Для Хармони гуру тот, кто будит внимательность, помогает вырасти, показывает то, что само не видно. В Индии говорят: первый гуру мать. Она с этим согласна: многое сыну передаётся не словами, а тем, как живёшь.

«Парама» здесь высшее, «гуру» учитель. Так называют не просто преподавателя техники, а того, за кем идут как за примером. В «Адваятарака-упанишаде» (стих 16): слог «гу» тьма, «ру» тот, кто её развеивает. Гуру снимает пелену неведения.

Несколькими годами раньше, в паломничестве в Гималаях, Шарат получил от баба титул Парамагуру, «великий учитель»: за число учеников и за их преданность.

Правда ли, что Шарат переезжает в новую шалу?

Насколько ей было известно тогда, он говорил о более просторном зале для тех, кто едет учиться в Майсур. Конкретных новостей о стройке не было. Всё остальное она относит к домыслам.

Сомнения в практике. Был ли кризис у неё?

В «Йога-сутрах» (I.30) сомнение, самшайя, одно из девяти препятствий. Сомневаться человеческому уму привычно, в том числе в практике. Это мешает, и одновременно может стать точкой, где смотришь: зачем я вообще встаю на коврик.

Аштанга требует много во всех областях жизни. У неё самой многое «отвалилось» само, без решения бросить привычки списком. За годы жизнь сдвинулась постепенно: яснее, спокойнее, крепче телесно и эмоционально. Сын, говорит, получил лучшую версию матери, чем была бы без этой практики. Когда вспоминается цена, её держит ощущение, почти телесное: сейчас жить лучше, чем до аштанги.

Иногда правила практики стоит ослабить, чтобы влезла обычная жизнь: люди, дела, то что любишь. Не класть себя на алтарь садханы, а учиться отдавать и брать, каждый день оставляя время тому, что больше нашего понимания.

Сначала асаны, потом ямы и ниямы. Когда пранаяма и медитация?

Гуруджи вводил в метод через асаны. Ямы и ниямы, считал он, начинают работать, когда человек уже тоньше чувствует тело. Тогда ахимса, честность, нехвастовство чужим становятся не моралью со стенда, а естественным ходом.

Когда тело и ум ближе к дхарме, сами подтягиваются простота, удовлетворённость, дисциплина, взгляд внутрь, ощущение себя частью большего. Это и есть первые две анги.

В асанах уже учат дышать длиннее через виньясу: это зачаток пранаямы. Шарат в конце класса даёт простое попеременное дыхание через ноздри. Сложные задержки обычно после полной второй или третьей серии.

Отдельной «техники медитации» в этом методе мало. Шарат часто указывает на джапу: выбранную мантру сто восемь раз. Так ум собирается внутрь. Дхьяна в смысле Сутр, говорили Паттабхи и Шарат, приходит сама, когда стоят первые четыре средства. Дальше пратьяхара, дхарана, дхьяна, самадхи: не как кружки по расписанию, а как смещение восприятия.

Йога не религия. Зачем тогда ишвара-пранидхана? Нужно во что-то верить?

В Сутрах нет требования верить в бога. Подход Патанджали скорее сухой и точный. Но практике, говорит Хармони, нужна опора на что-то большее: смирение и милосердие сами из пустоты не держатся.

Кто-то опирается на силу самой практики, кто-то на связь живого, кто-то называет это Богом или конкретным божеством. Важно ощущение того, что шире контроля и полного понимания.

Патанджали даёт и прямой ход: слог Ом как знак Ишвары; повторение Ом со смыслом углубляет концентрацию (I.27 и дальше по тексту). Ишвара-пранидхана здесь ближе к принадлежности этому звуку через ежедневную рецитацию, чем к членству в конфессии.

Уроки в разных странах похожи? Какой вопрос запомнился?

Метод, говорит она, работает примерно одинаково: человеческое устройство схоже сильнее, чем культурные различия. Если человек готов встретить то, что практика поднимает из памяти и чувств, сдвиг идёт. Если сдержан из-за воспитания или страха, то же самое занимает больше времени.

Вопросы везде одни: работает ли это, моё ли это, как вставать рано, как совместить с семьёй. Ответ, который она приводит: если есть цель, найдутся средства. Иногда приходится поправить картинку «как должна выглядеть практика». Аштанга учит гибкости не только в тазобедренных. Иногда главное препятствие как раз жёсткая верность правилам.

Самый интересный вопрос, который ей задавали: достигну ли я просветления, если буду практиковать аштангу? Ответ Хармони: практикуй и узнаешь.