25 мая 2018 г.

Интервью с Хармони Слэйтер

Восемь вопросов о аштанга-йоге, о вере, сомнениях, учителях и многом другом


Приглашаем на семинар Хармони в Москве 13-16 июля, а также на её семинар в Питере 6-11 июля!




Источник: Bandha Works Budapest
Перевод: Анна Ян
Редакция: Анна Глинко

Твой путь в йоге был долгим и увлекательным — вначале ты занималась медитативными практиками и получила образование в области религиоведения и философии, и лишь затем встала на путь аштанга-йоги. То есть, по сути, двигалась от высших ступеней йоги к низшим. На твой взгляд, это плюс или минус, и как это отражается на твоем подходе к преподаванию?

Именно интерес к философии и буддистским медитативным практикам привел меня к аштанга-йоге, что, в некотором роде, было плюсом. Я рано поняла, что практика асан — лишь часть гораздо большего пути, а упражнения для тела и дыхания, которые предлагает аштанга-йога являются методом, ведущим к самореализации, к полному раскрытию чистого сознания внутри себя. Все это очень созвучно с тем, чему я учу сейчас, и тому, как я стараюсь передать внутреннюю составляющую практики асан ученикам. 

Аштанга-йога подразумевает обучение в рамках парампары, когда знания передаются от гуру к ученику (шишье). Сохраняет ли этот древний метод актуальность сегодня, когда так много учеников и так мало гуру? Каковы твои отношения с гуру Шаратом Джойсом?

Безусловно, обучение в рамках линии передачи знаний имеет огромное преимущество. Если нет возможности учиться у гуру данной традиции, можно практиковать и обучаться у кого-то из его непосредственных учеников и быть уверенным, что метод осваивается корректно. Парамагуру Р. Шарат Джойс двадцать пять лет обучался у своего деда, Шри К. Паттабхи Джойса (Гуруджи), который примерно столько же обучался у своего учителя, Шри Т. Кришнамачарьи, который, в свою очередь, получил знания от Йогешвары Рамамохана Брахмачари. Каждый из этих гуру годами практиковал в рамках традиции, которую затем передавал другим — они обучали своих учеников методу так, как обучались ему сами.





У Шарата Джойса есть несколько старших учеников, которых он наделил правом преподавать традиционную аштанга-йогу. Если нет возможности надолго покинуть работу, семью и свой дом, чтобы обучаться непосредственно у Шарата, можно получить аутентичный опыт практики, занимаясь у преподавателя, который годами учился у него или Гуруджи. Эти учителя преподают в рамках парампары, они являются ее частью.
Мои отношения с Парамагуру Шаратом Джойсом развивались на протяжение тринадцати лет. Они не всегда были простыми — как и в любых отношениях, в них бывали напряженные периоды.
Я приехала в Майсур учиться у его деда, Шри К. Паттабхи Джойса, и в ранние годы моей практики основным авторитетом был именно Гуруджи. Мне потребовалось несколько лет после его смерти, чтобы действительно принять Шарата как учителя, и наши отношения ученик-учитель укрепились только после того, как я осознанно сделала этот выбор.
Шарата невозможно удивить физическими способностями или обаянием. Он не ищет любви и внимания, не старается собрать студентов вокруг себя. Много раз я подходила к нему за одобрением или наставлениями, но каждый раз он давал понять, что нести ответственность я должна сама. Его метод обучения сделал меня сильнее, дал больше уверенности в собственных силах как учителя и как матери, а также при принятии важных жизненных решений. Сейчас наши отношения полны тепла и взаимоуважения. Я навечно благодарна ему и его деду.






Парамагуру Шарат Джойс обучает аштанга-йоге в наиболее аутентичном ключе, именно так, как получил эти знания сам от своего гуру. Он обладает глубочайшим личным опытом практики, который ему удается очень точно передавать ученикам. Проводить столько времени рядом с ним в Майсуре и быть сертифицированным преподавателем в рамках этой парампары для меня большая честь и благословение.

Как человек становится гуру? И что означает звание Парамагуру?

Гуруджи всегда напоминал, что он никогда не называл себя гуру — это мы, его студенты, решили, что он им является. Он говорил: “Я — ученик. А вы называете меня гуру”. Я думаю, все сводится к тому, что именно ученики определяют, кого считать своим гуру, а сам учитель имеет мало к этому отношения. 
Для меня гуру — это тот, кто способен пробудить осознанность, помочь вырасти духовно, открыть глаза на то, что скрыто. В Индии говорят: “Твой первый гуру — это мать”. Я с этим согласна. Как мать я вижу, насколько важно терпеливо и с любовью обучать моего сына и помогать ему учиться, расти и открывать окружающий мир; делиться с ним истинными ценностями, помогая стать достойным человеком. Большинство этих знаний передается невербально. Действительно, роль гуру именно в этом — иллюстрировать собственной жизнью, как быть хорошим человеком в этом мире; указывать, над чем стоит поработать, чтобы развиваться дальше; и, что интересно, это обучение тоже часто невербальное. 
Парама означает “высшее” или “наивысшее”, а гуру — “учитель”. Это звание указывает, что человек является более значимой фигурой, чем рядовой преподаватель науки или искусства. Он дается учителю, который является еще и духовным лидером, вдохновляющим примером, тому, за кем хотят следовать ученики.
“Адваятарака-упанишада”, стих 16: “Слог гу означает тьма, слог ру — тот, кто развеивает; за силу развеивать тьму человек зовется гуру”. Таким образом, гуру — некто, снимающий пелену неведения, проливающий свет знания, всегда спрятанного внутри. Считается, что тот, кого превозносит большое количество людей, достоин такого признания.
Пару лет назад Шарат Джойс находился в паломничестве в Гималаях, где он удостоился титула Парамагуру, или “Великий учитель”, от святых баба (отшельников) за то, что обучает такое огромное количество учеников, и их преданность ему.

Ходят слухи, что Шарат Джойс переезжает в новую шалу?

Насколько мне известно, Шарат говорил о том, что нужно построить новую, более просторную шалу для всех желающих приезжать в Майсур учиться, но новостей об этом проекте пока нет. Все, что говорится на эту тему — лишь домыслы, так как он пока не говорил ничего определенного о своих планах.

Аштанга-йога — очень интенсивная практика, требующая серьезной дисциплины. У многих в определенный момент появляются сомнения в практике. Был ли подобный кризис у тебя и что ты посоветуешь тем, кто сейчас проходит через этот этап?

В “Йога-сутрах” (глава первая, стих 30) Патанджали называет сомнение (самхашья) одним из девяти препятствий на пути йогина.
Человеческому сознанию присуще сомневаться — и сомнения в практике вполне естественны. Это препятствие для развития йоги внутри тебя. В то же время это может быть хорошей отправной точкой для развития или же для того, чтобы сделать шаг назад и лучше разобраться в своей мотивации к практике. 
Метод аштанга-йоги — дисциплина, затрагивающая все области жизни; он много требует от своих последователей. 
По моему опыту, многое просто “отвалилось” само. Мне не пришлось заставлять себя меняться или отказаться от чего-то — эта трансформация, затронувшая мою личность, желания, привычки, как бы проявилась сама изнутри. Спустя несколько лет жизнь сильно изменилась. Это был не одномоментный скачок, а процесс постепенного избавления от старого и появление нового, более ясного понимания и более глубокого опыта йоги. 
В те моменты, когда я задумывалась, стоили ли все эти жертвы той боли, которую я пережила ради них, меня утешает факт осознания буквально на клеточном уровне, что моя жизнь сегодня лучше именно благодаря этой практике. Я более счастливая и гармоничная личность, гораздо здоровее ментально, эмоционально и физически. Мой сын получил лучшую версию своей матери, когда-либо существовавшей, и без помощи аштанга йоги я бы вряд ли находилась сейчас с вами и могла это объяснить.



Иногда нужно немного ослабить требования, чтобы создать пространство и позволить жизни просто течь. Это касается и чрезмерной требовательности к следованию “правилам практики”. Нужно научиться интегрировать практику в полноценную и насыщенную жизнь, наполненную людьми, активностью и всем тем, что мы любим. Вместо того чтобы приносить себя в жертву на алтарь садханы, лучше научиться многократно и с радостью отдавать и получать, снова и снова; ежедневно уделяя время той силе, что выше нашего понимания, мы получаем плоды, украшающие наш жизненный путь.

В традиции аштанга-йоги предлагается сначала изучить асаны, а затем уже следуют ямы и ниямы. Как насчет остальных частей йоги? Когда практиковать пранаяму и медитацию? Как работает этот метод?

Гуруджи часто говорил о вхождении в метод аштанга-йоги через практику асан. Он считал, что работа с ямами и ниямами становится возможна лишь после того, как студенты начинают более осознанно существовать в собственном теле и повышают свою чувствительность. Только тогда понятия ненасилия, честности, нестяжательства, неприсвоения чужого и контроля энергии станут естественны и близки для сознания.
Когда тело и сознание начинают существовать в согласии с дхармой (вселенским законом жизни), человек больше тяготеет к естественности, удовлетворенности, дисциплине, интроспекции и восприятию себя как части чего-то большего, чем просто личный опыт. Это ямы и ниямы — первые две ветви йоги.
В рамках практики асан мы учимся осознавать свое дыхание, то есть углублять и удлинять его с помощью виньясы — это и есть начало пранаямы, наращивание праны (дыхания). Парамагуру Шарат Джойс сейчас обучает студентов базовой дыхательной технике попеременного дыхания через ноздри, которая выполняется в конце практики. Это упражнение прекрасно знакомит с четвертой ветвью. Более сложные техники пранаямы с задержками дыхания вводятся на более продвинутых этапах практики, обычно после освоения полной второй или третьей серии.
В данном методе йоги нет описания каких-либо конкретных медитативных техник. Шарат часто говорит, что один из самых эффективных способов успокоить и сосредоточить ум, чтобы подготовить его к опыту более глубоких состояний концентрации — джапа (рецитация мантр). Ученикам предлагается рецитировать выбранную мантру (либо же ту, что им предложит их учитель) сто восемь раз. Это прекрасная техника для начала работы с концентрацией, призванная сместить фокус внимания внутрь.
Паттабхи Джойс и Шарат Джойс говорили, что опыт дхьяны (медитации), как он описан в “Йога-сутрах” — это состояние выхода за пределы собственного ума, и возникает оно спонтанно, когда практикующий утвердился в первых четырех средствах йоги.
Все начинается с пратьяхары (пятая ветвь) — полного абстрагирования от внешних ощущений — и заканчивается восприятием всего как Единого. За дхараной (глубоким состоянием концентрации) следует дхьяна (непрерывное состояние медитации), а затем — самадхи (полное слияние индивидуального с Высшим).




Аштанга-йога в первую очередь — система самопознания, она не является религией. Как при этом понимать значение пятой ниямы — ишвара-пранидханы — предание себя Высшей Сущности? То есть все же нужно во что-то верить? Как это понимать? 

В “Йога-сутрах” не говорится о боге или необходимости верить в него. Интересно, что подход Патанджали к йоге достаточно научен. Тем не менее, будучи практиками йоги, мы нуждаемся в вере во что-то; с помощью практики важно выработать такие качества, как смирение и милосердие.
Кто-то может верить в силу практики самой по себе, кто-то — в связь всех сознаний или всего живого; кому-то ближе вера во вселенскую энергию, вечную вибрацию; кто-то назовет это Богом или каким-либо конкретным божеством. Так или иначе, независимо от того, во что вы выбираете верить, важно ощущение чего-то высшего, необъятного, не подчиняющегося полному пониманию или контролю.
Конечно, есть множество других вариантов, которые описывает сам Патанджали. Глава 1, стих 27: “Слог Ом лучшим образом представляет Ишвару”. Стих 27: “Повторение слога Ом с чувством и размышлением над его смыслом приводит к более глубокому состоянию концентрации”. Как видите, в “Йога-сутрах” в качестве метода развития ишвара-пранидханы описывается именно чувство принадлежности к чему-то, часть первозданного звука Ом, которая рождается из ежедневной практики рецитации.

Как сертифицированный преподаватель ты ездишь по всему миру, распространяя учение аштанга-йоги. Везде ли уроки проходят похоже, или же существуют какие-то местные особенности? Похожи ли вопросы, которые задают люди, одинаковые ли сомнения их терзают, или же местная культура оказывает влияние? Можешь вспомнить самый интересный вопрос, который тебе задали?

Метод аштанга-йоги работает вполне одинаково для всех — наш опыт бытия в форме человека имеет больше сходства, чем различий. 
Если студенты достаточно открыты и не боятся встретиться с глубоко скрытыми чувствами, воспоминаниями и мыслями, которые можно вскрыть с помощью практики, этот метод сработает. Если вследствие культурных особенностей или личного опыта и страхов человек более сдержан, этот процесс может занять больше времени — темп изменений индивидуален.
Вопросы и сомнения всех людей достаточно схожи: работает ли практика? для меня ли это? как вставать рано по утрам? как сочетать практику и семью? Ответом на эти вопросы может быть поговорка: “Если есть цель, найдутся и средства”. Иногда это нелинейный путь, иногда нам приходится корректировать свое понимание того, что значит “практиковать”, и как это должно выглядеть. Метод аштанги — о том, как стать гибким, и речь не только о теле, но и о подходе к самой практике. Иногда слишком излишняя приверженность правилам и есть основное препятствие.
Один из самых интересных вопросов: достигну ли я просветления, практикуя аштангу? “Практикуй и узнаешь,” — ответила я.